Матушка Акилина вспоминает, что Любушка Сусанинская сразу показалась ей необыкновенной. Худенькая, маленького роста старушка с первого раза обращала на себя внимание.
— Первый раз я приехала к ней по окончании философского факультета, — рассказывает матушка. — Родом я из Сибири. И вот, нужно было решать, оставаться в Петербурге или ехать домой. Любушка тогда сказала что и так хорошо, и этак. Во второй раз меня к ней повезла знакомая монахиня, которая хотела, видимо, чтобы я пошла в монастырь. Тогда я училась на регентском отделении. Поступила туда после университета, потому что хотела служить Богу, а как еще женщина может служить — только быть регентом. И вот в это посещение я трепетала. Что скажет Любушка, так и будет, решила я. Любушка выслушала мой рассказ про Виталия, помолилась по своей ладошке и сказала: «Виталий хороший». Так я и стала матушкой.
Любушка действительно молилась, водя пальцем по ладони, словно что-то читала. Так же она молилась на Новом Завете, не открывая его. Этот томик с вытертой, где водила пальцем Любушка, обложкой сейчас стоит на полке Казанской церкви в Сусанино. Книгу в храм принесла Галина, чья мама, Лукия Ивановна, приютила старицу под своей крышей.
— Но это был, конечно, крест для Лукии. Люди шли к Любушке непрерывно. На плите всегда стояли огромные чаны с едой. Кого-то Любушка оставляла ночевать, — рассказывает матушка Акилина.
— А недавно Галина принесла целый пакет крестиков, которые почему-то дарили Любушке, — рассказывает отец Виталий. Говорит, что разбирала вещи и нашла. Сегодня во время исповеди я спросил ее, ругалась ли Любушка. Она такиспуганно на меня посмотрела: «Нет, что вы?!»
Еще при жизни люди называли Любушку Божиим человеком. Настоятель храма отец Константин Левканов, который служил в этом храме до 1989 года, знал старицу лично, во время богослужения, когда она была в храме, часто произносил:«Любушка, молись за нас».
— Каждый раз, когда кто-то из наших прихожан едет в Вышне-Волоцкий Казанский женский монастырь на могилу к Любушке, я прошу их поклониться и от моего имени, — говорит матушка Акилина. — И добавляю, что, может быть,Любушка мне чего-нибудь и передаст. Сама же я с детьми не смогла пока туда выбраться. Последний раз кто-то из наших поехал и привез оттуда большую икону Пресвятой Богородицы — Гефсиманскую Одигитрию. Они побыли у могилки, а после их почему-то догнала сестра монастыря и подарила образ… Его-то мне и привезли.